- Так оно и есть,  ваша  светлость. Ибо  сейчас, когда готова  начаться
война, я, должен признаться, вижу в лице вашей светлости только англичанина,
а значит, врага,  с которым  я охотнее встретился  бы  на  поле битвы, чем в
Виндзорском парке или в коридорах Лувра. Это,  однако ж,  ни  в коей мере не
помешает мне в  точности исполнить  поручение и,  если  понадобится,  отдать
жизнь, лишь  бы  его  выполнить. Но я повторяю: ваша  светлость так  же мало
обязаны мне за то, что я делаю при нашем втором свидании, как и за то, что я
сделал для вашей светлости при первой нашей встрече.
     - Мы говорим: "Горд, как шотландец", - вполголоса произнес герцог.
     - А мы говорим: "Горд, как гасконец",  - ответил д'Артаньян. - Гасконцы
- это французские шотландцы.
     Д'Артаньян поклонился герцогу и собрался уходить.
     - Как?  Вы  уже  собираетесь уходить? Но  каким  путем предполагаете вы
ехать? Как вы выберетесь из Англии?
     - Да, правда...
     - Будь я проклят! Эти французы ничем не смущаются!
     - Я забыл, что Англия - остров и что вы - владыка его.
     -  Отправляйтесь  в порт,  спросите бриг "Зунд", передайте капитану это
письмо.  Он  отвезет  вас в маленькую французскую гавань,  где  обыкновенно,
кроме рыбачьих судов, никто не пристает.
     - Как называется эта гавань?
     -  Сен-Валери.  Но  погодите...  Приехав  туда,  вы  зайдете  в  жалкий
трактирчик  без   названия,  без  вывески,  настоящий  притон  для  моряков.
Ошибиться вы не можете - там всего один такой и есть.
     - Затем?
     - Вы спросите хозяина и скажете ему: "Forward".
     - Что означает...
     -  ..."Вперед".   Это  пароль.  И  тогда  хозяин   предоставит  в  ваше
распоряжение оседланную лошадь и укажет дорогу, по которой вы  должны ехать.
На вашем пути вас будут ожидать четыре сменные лошади. Если вы пожелаете, то
можете на каждой станции оставить ваш  парижский адрес, и  все четыре лошади
будут отправлены вам вслед. Две из них вам уже знакомы, и  вы,  кажется, как
знаток могли оценить их - это  те  самые,  на которых мы  с вами скакали  из
Виндзора. Остальные - можете положиться на меня - не хуже. Эти четыре лошади
снаряжены, как для похода. При всей  вашей гордости вы не откажетесь принять
одну из них для себя и попросить ваших друзей также принять по одной из них.
Впрочем,  ведь  они  пригодятся вам на  войне  против  нас. Цель оправдывает
средства, как принято у вас говорить.
     - Хорошо,  милорд, я согласен, - сказал  Д'Артаньян. -  И, даст бог, мы
сумеем воспользоваться вашим подарком!
     -  А  теперь  -  вашу  руку, молодой человек.  Быть  может,  мы  вскоре
встретимся с вами  на поле битвы. Но  пока  мы, полагаю,  расстанемся с вами
добрыми друзьями?
     - Да, милорд, но с надеждой вскоре сделаться врагами.
     - Будьте покойны, обещаю вам это.
     - Полагаюсь на ваше слово, милорд.
     Д'Артаньян поклонился герцогу и быстрым шагом направился в порт. Против
лондонского  Тауэра  (*39)  он  отыскал  указанное   судно,  передал  письмо
капитану,  который  дал  его  пометить начальнику порта и  сразу  же  поднял
паруса.
     Пятьдесят  кораблей,  готовых к  отплытию, стояли в гавани в  ожидании.
Бриг  "Зунд" проскользнул  почти вплотную мимо одного  из них, и д'Артаньяну
вдруг показалось, что  перед ним мелькнула дама из Менга, та самая,  которую
неизвестный дворянин назвал "миледи"  и которая д'Артаньяну показалась такой
красивой. Но  сила течения  и попутный ветер  так быстро пронесли бриг мимо,
что корабли, стоявшие на якоре, почти сразу исчезли из виду.
     На следующее  утро,  около  девяти часов, бросили  якорь в  Сен-Валери.
Д'Артаньян немедленно  отправился в указанный ему трактир, который  узнал по
крикам, доносившимся оттуда. Говорили о войне между Англией и Францией как о
чем-то неизбежном и близком, и матросы шумно пировали.
     Д'Артаньян пробрался сквозь  толпу, подошел к  хозяину и произнес слово
"Forward".  Трактирщик,  сделав  ему  знак следовать за ним, сразу  же вышел
через дверь,  ведущую во двор, провел  молодого человека в  конюшню, где его
ожидала оседланная лошадь, и спросил, не нужно ли ему еще чего-нибудь.
     - Мне нужно знать, по какой дороге ехать, - сказал Д'Артаньян.
     - Поезжайте отсюда до Бланжи, а от  Бланжи - до  Невшателя. В Невшателе
зайдите  в трактир "Золотой серп", передайте хозяину  пароль, и  вы найдете,
как и здесь, оседланную лошадь.
     - Сколько я вам должен? - спросил Д'Артаньян.
     - За все заплачено, -  сказал хозяин, - и заплачено щедро. Поезжайте, и
да хранит вас бог!
     - Аминь! - ответил молодой человек, пуская лошадь галопом.
     Через четыре часа он был уже в Невшателе.
     Он  тщательно  выполнил  полученные  указания.  В  Невшателе, как  и  в
Сен-Валери, его ожидала оседланная лошадь. Он хотел переложить  пистолеты из
прежнего седла в новое, но в нем оказались точно такие же пистолеты.
     - Ваш адрес в Париже?
     - Дом гвардейцев, рота Дезэссара.
     - Хорошо, - сказал хозяин.
     - По какой дороге мне ехать?
     - По  дороге на  Руан.  Но вы объедете  город слева.  Вы остановитесь у
маленькой деревушки Экуи. Там всего один трактир - "Щит Франции".  Не судите
о нем по внешнему виду. В конюшне окажется конь, который не уступит этому.
     - Пароль тот же?
     - Тот же самый.
     - Прощайте, хозяин!
     - Прощайте, господин гвардеец! Не нужно ли вам чего-нибудь?
     Д'Артаньян отрицательно покачал головой и пустил лошадь во весь опор. В
Экуи повторилось  то же:  предупредительный  хозяин  и  свежая,  отдохнувшая
лошадь. Он оставил, как  и на прежних  станциях, свой адрес  и тем  же ходом
понесся в Понтуаз.  В Понтуазе он в последний  раз  сменил коня и  в  девять
часов галопом влетел во двор дома г-на де Тревиля.
     За двенадцать часов он проскакал более шестидесяти миль.
     Господин де  Тревиль  встретил его  так, словно расстался с ним сегодня
утром. Только пожав его руку несколько сильнее обычного, он сообщил молодому
гвардейцу,  что рота г-на Дезэссара несет  караул  в  Лувре  и что он  может
отправиться на свой пост.



XXII. МЕРЛЕЗОНСКИИ БАЛЕТ